Дефицит бюджета: оценки экспертов и риски

По итогам января—июля дефицит федерального бюджета составил почти 6,5 триллиона рублей, или 2,8% ВВП. Это значительно превышает годовой плановый показатель в 3,8 триллиона рублей. Расходы за семь месяцев выросли на 14,5%, тогда как доходы — только на 8,8%. Особенно заметно снизились нефтегазовые поступления.

Цифра в 6,5 триллиона выглядит внушительно, но эксперты не считают ее признаком кризиса. Споры вызывает другое: как закрывать дыру и какой ценой это обойдется гражданам.

Инвестбанкир Евгений Коган предлагает оценивать дефицит относительно размера экономики. Если по итогам года он составит около 7 триллионов рублей, это будет примерно 3,5% ВВП.

«Это не катастрофа, не гигантская сумма, но неприятная. Да, эта сумма выше той, что ожидалась. Но как-то кардинально повлиять на экономику, в частности вызвать какой-то безразмерный всплеск инфляции, — нет, думаю, нет», — говорит Коган.

По его мнению, масштабного секвестра не будет. Власти скорее попытаются увеличить доходы — через дополнительные налоги или заимствования.

Президент Союза предпринимателей и арендаторов России Андрей Бунич настроен менее оптимистично. Он не считает дефицит критическим, но обеспокоен методами его покрытия.

Возможность дальнейшего повышения налогов Бунич считает исчерпанной.

«Нет, ну куда уж больше-то, тут лимит исчерпан. По крайней мере, всё-таки хочется надеяться, что головы в Минфине в эту сторону не будут думать. Но тем не менее я бы не считал это абсолютно невозможным. Мало ли у них там еще возникнут идеи [по сокращению дефицита]», — отмечает Бунич.

Он допускает сокращение инвестиционных программ и отдельных инфраструктурных проектов, например дорожного строительства. Социальные расходы тоже могут пострадать. При этом эксперт сомневается в значимости такой экономии: «Я не уверен, что много от этого [секвестра] будет получено».

Главную причину бюджетных проблем Бунич видит в укреплении рубля. Бюджет верстался при курсе 92,2 рубля за доллар, а фактический курс оказался ниже — 78,4 рубля. При крепком рубле экспортная выручка в валюте после конвертации дает меньше рублей.

«Когда курс стал 70 ни с того ни с сего, это укрепление рубля не имело под собой какого-то, так сказать, объяснения и обоснования. Естественно, когда так сильно меняется курс, в бюджете образуется колоссальная дыра. А потом этот дефицит породил увеличение налогов, сразу сокращение социальных расходов. Но не проще ли как-то отрегулировать курс рубля?! И чиновникам придерживаться тех бюджетных планов, которые были утверждены вами же?!» — рассуждает Бунич.

Он предлагает постепенное ослабление рубля в сочетании со снижением ключевой ставки как способ уменьшить бюджетное давление.

Оба эксперта допускают покрытие дефицита через размещение ОФЗ. Однако Бунич обращает внимание на дороговизну такой схемы при высоких ставках: банки считают гособлигации надежными, но государству приходится платить слишком много за заимствования.

В итоге растет стоимость обслуживания госдолга, и платить придется в будущие годы. Уже сейчас эта статья расходов в федеральном бюджете достигает почти 4 триллиона рублей, или около 9% — это вторая по величине статья после военных расходов.