Ученый о реальных способах продлить жизнь

Доктор медицинских наук, профессор Павел Воробьев оценил перспективы современных антиэйдж-технологий и рассказал, что действительно помогает бороться со старением.
18 февраля, 2026, 02:10
0
По мнению специалиста, один из реальных способов продлить активную жизнь — регулярная физическая активность.
Источник:

Артем Устюжанин / MSK1.RU

Мечта об отмене старости и победе над возрастными заболеваниями превратилась в мировой научный тренд, объединивший медиков, биологов и бизнесменов. Одним из идеологов этого движения является британский биогеронтолог Обри ди Грей, который несколько лет назад заявил: «Первый человек, который проживет 1000 лет, вероятно, уже родился, и ему может быть 50–60 лет». Его концепция заключается в последовательном устранении последствий старения с помощью медицины, чтобы продлить жизнь до появления технологий, способных вернуть организм в молодое состояние.
Даже Илон Маск, выступая на Давосском форуме, отмечал, что, по его мнению, старение имеет конкретный механизм, который в будущем можно будет взять под научный контроль. Для оценки реальных достижений в этой области мы обратились к доктору медицинских наук, профессору Павлу Воробьеву, председателю правления Московского городского научного общества терапевтов.
  • Павел Андреевич Воробьев — доктор медицинских наук, профессор, представитель четвертого поколения врачей.
  • Окончил Первый МГМУ им. Сеченова.
  • Сфера научных интересов — гематология и гериатрия.
— Павел Андреевич, считается ли старость болезнью, которую нужно лечить?
«Нет, старость — это не болезнь. Это естественный процесс, скорость которого зависит от множества причин, в основном внешних, — отвечает профессор. — Например, от питания продуктами с антибиотиками, гормонами и химическими добавками. Старение свойственно всей природе, но его темпы различаются».
— Какие направления в науке о продлении жизни вы считаете самыми перспективными?
«Самое перспективное — это борьба с болезнями, которые убивают людей: сосудистые патологии, сахарный диабет, опухоли. Здесь достигнуты огромные успехи», — считает эксперт.
— Насколько серьезна возрастная потеря мышечной массы (саркопения)? Можно ли ее решить?
«Саркопения — результат физиологических и гормональных изменений. Ее прогрессирование можно замедлить дозированными физическими нагрузками, но остановить нельзя. Пока нет препаратов с доказанной эффективностью против саркопении», — заявил Воробьев.
— Как доказательная медицина относится к сенолитикам — препаратам, уничтожающим «стареющие» клетки?
«На мой взгляд, никакого революционного подхода в таблетках от старости нет. Это очередной развод фармкомпаний. Каждая клетка имеет свой запрограммированный жизненный цикл, и искусственное ускорение ее гибели вступает в конфликт с генетическими свойствами и микроокружением», — объяснил профессор.
— Является ли генная терапия самым мощным инструментом против старения? Каковы риски?
«Генная терапия — одно из самых опасных явлений в медицине и в большинстве случаев запрещена. Воздействие на геном опасно в первую очередь развитием новых, малоизученных опухолей», — предупредил Павел Воробьев.
— Помогают ли цифровые гаджеты и гентесты в профилактике старения?
«Никто не доказал абсолютной пользы ранней профилактики. Чем раньше начинается медикаментозное лечение, тем больше выгода фармкомпаний. Например, никто точно не знает, какое артериальное давление является оптимальным для конкретного человека», — отметил специалист.
— Почему прорывные антиэйдж-технологии так долго проходят испытания?
«Они потому и не вышли из стадии испытаний, что никаких прорывных технологий нет. Нам сотни лет обещают продлить жизнь, но воз и ныне там. Жизнь продлевает рациональная борьба с конкретными заболеваниями», — заявил Воробьев.
— Какой самый действенный «геропротектор» доступен уже сегодня?
«Не надо ждать будущего, надо жить сегодня. Продолжительность человеческой жизни ограничена 120 годами. После 90 лет начинаются серьезные проблемы дожития: одиночество, болезни, невостребованность. Жить свыше 100 лет — очень и очень трудно», — резюмировал профессор Павел Воробьев.
Читайте также