ИИ вместо друзей: почему россияне уходят в чат-боты

Психологи и психотерапевты фиксируют резкий всплеск обращений, связанных с болезненным увлечением нейросетями. За последние два года количество таких случаев увеличилось в семь раз. Как сообщает канал «Русская экономика», если в 2024-м подобные истории считались редкостью, то теперь с такой проблемой приходит примерно каждый 30-й клиент.

Чаще всего за помощью обращаются не сами пользователи, а их близкие: супруги, родители и друзья. Именно они замечают, что родной человек часами переписывается с ботом, фактически выпадая из реальной жизни.

Многие зумеры уже не представляют свою жизнь без ИИ. Сначала нейросетям поручали написание писем, подбор фильмов или поиск дешёвых билетов. Позже выяснилось, что с ними можно обсуждать личные переживания: расставания, разводы, тревогу, одиночество и даже смысл жизни. При этом не нужно выслушивать упрёки вроде «А ты меня вообще слушаешь?».

Ситуация напоминает классическую зависимость: человек не осознаёт проблемы, пока близкие не замечают, что он эмоционально живёт в чат-боте. В квартире, где живут двое, один из партнёров уже ментально находится в другом пространстве.

Практический психолог Татьяна Голдман объясняет MSK1.RU, почему общение с ИИ кажется привлекательным. Чат-бот доступен круглосуточно, не устаёт, не обижается и не требует немедленно завершить разговор. Он мгновенно реагирует и позволяет обсуждать темы, о которых неловко говорить с близкими, без риска получить критику или отказ.

Именно предсказуемость делает такое взаимодействие особенно притягательным, подчёркивает Голдман. Постепенно человек начинает обращаться к ИИ при любой тревоге, скуке или чувстве одиночества. Безобидная игрушка превращается в серьёзную угрозу.

Специалисты не советуют сразу навешивать ярлык «зависимость» на каждого, кто долго общается с нейросетью. Отдельного диагноза «ИИ-зависимость» пока не существует. Эксперты предпочитают говорить о проблемном или компульсивном использовании ИИ.

Например, человек может провести четыре часа с нейросетью и не иметь проблем, если он работает, учится или исследует тему. Другой же отправляет боту всего несколько десятков сообщений, но использует его как единственный способ справляться с эмоциями.

Симптомы действительно напоминают поведение наркомана, которого лишили дозы.

Партнёр коммуникационного агентства «Голдман и По» Ахмед Юсупов связывает рост обращений с массовым распространением генеративных нейросетей. Несколько лет назад они были игрушкой, теперь же чат-бот есть практически у каждого владельца смартфона. Модель общения изменилась вместе с доступностью.

ИИ, по словам Юсупова, привлекателен тем, что доступен 24/7, не критикует и не имеет собственных требований. Но эта «беспроблемность» — ловушка: человек привыкает к общению без трения, и реальный мир начинает казаться неудобным.

Мозг запоминает простую схему: стало плохо — открыл чат — полегчало. Так формируется дофаминовая зависимость, похожая на игроманию или шопоголизм, где важен не результат, а ритуал.

Татьяна Голдман отмечает, что за таким поведением часто стоят давние проблемы: одиночество, тревожность, страх отвержения. Поэтому совет «просто сократи экранное время» так же полезен, как рекомендация одинокому человеку «познакомься с кем-нибудь».

Гендиректор Института исследований интернета Карен Казарян считает, что ситуация, когда людям не с кем поговорить, кроме ИИ, очень нездоровая. Современные модели стараются быть максимально приятными для пользователя, поэтому вместо помощи человек получает «цифровое эхо»: нейросеть подтверждает любую его точку зрения.

Разработчики уже обсуждают необходимость ограничивать такие сценарии. В идеале система должна не только поддерживать, но и направлять пользователя к профессиональной помощи, когда это необходимо.